NewRusProject

информационное поле испытательного полигона

Роберт Мэтьюс (Robert Jay Mathews)

Лидер американской организации белых расистов The Order
Родился 16 января 1953 в городе Марфа (штат Техас, США)
Погиб 8 декабря 1984 в городе Купвилл (штат Вашингтон)

Это слайд-шоу требует JavaScript.

ПРЕДСМЕРТНОЕ ПИСЬМО РОБЕРТА МЭТЬЮСА

Последние десять лет я проживал в округе Нозерн Пенд Орей. Когда я впервые приехал в Металайн-Фоллз, у меня было всего двадцать пять долларов, желание усердно работать и мечта когда-нибудь приобрести собственную маленькую ферму.

Те три года, которые я отработал на шахте, и шесть лет, которые я отработал на цементном заводе, я могу с уверенностью сказать, что меня знали, как прилежного работника. Я не ходил в бары и мало с кем общался. Всякий, кто бывал на Баундери Дэм Роуд, знает, в какое чудное место мы с отцом превратили кусок леса.

Я достиг всех целей, которых мне хотелось достичь, когда я туда приехал, кроме одной… Меня не оставили в покое.

Не прошло и нескольких месяцев после моего прибытия, как агенты ФБР явились в правление шахты и потребовали уволить меня с работы. В это время я работал электриком, и мой бригадир, к счастью, терпеть не мог федералов. Ситуацию ему объяснил секретарь шахты. Если бы правительственные тупицы поговорили не с секретарем, а с управляющим шахты, я бы потерял свою работу.

Эта кампания преследования и запугивания была вызвана моим участием в Движении против налогов (Tax Rebellion Movement) в возрасте с пятнадцати до двадцати лет. В Аризоне я настроил правительство против себя настолько, что однажды, когда мне было восемнадцать лет, агенты

Налогового управления стреляли в меня из-за незначительного налогового преступления.

Я покинул Аризону и вышел из Движения против налогов, когда мне было двадцать лет. Я вышел из него не из-за страха перед Налоговым управлением и не из-за того, что я покорился его тирании, а из-за своего полного разочарования в американском народе. Я говорил тогда и продолжаю говорить сейчас, что наш народ выродился в самых трусливых и жалких дегенератов, которые когда-либо топтали землю.

Я надеялся начать новую жизнь в штате Вашингтон, но власти имели на мой счет иные замыслы. Когда мне стало известно об их совершенно незаконной попытке добиться моего увольнения, я написал письмо в их контору в Сиэтле, в котором говорилось: «Мне ничего не нужно, оставьте меня в покое, иначе я отвечу таким образом, который может оказаться очень болезненным для некоторых агентов». (После этого письма они постепенно перестали меня тревожить).

Вскоре я женился, начал работать на земле и читать. Я стал одержим чтением. Я поглощал том за томом по таким предметам, как история, политика и экономика. Меня особенно впечатлили «Закат Европы» Шпенглера и «Which Way Western Man?». Я также подписался на большое количество периодических изданий о современных американских проблемах, прежде всего о все более быстром упадке Белой Америки. Мои знания о древней истории Европы стали пробуждать во мне несправедливо подавленное чувство, похороненное в глубинах моей души, чувство родовой гордости и родового сознания.

Чем сильнее становилась моя любовь к моему народу, тем яростнее я ненавидел тех, кто хочет уничтожить мой род, мое наследие и омрачить будущее моих детей.

Ко времени появления моего сына я осознал, что Белая Америка, как и весь мой род, будут обречены на небытие, если Белые люди не поднимутся и не изменят ход событий. Чем больше я любил своего сына, тем яснее я понимал, что, если положение не будет изменено решительным образом, к тому времени, когда он достигнет моего возраста, он окажется чужаком на своей собственной земле, светловолосым и голубоглазым Арийцем в стране, населенной в основном мексиканцами, мулатами, черными и азиатами. Его будущее с каждым днем становится все мрачнее.

Я узнал, что происходит это не случайно, что в нашей стране имеется небольшая сплоченная группа чужаков, которая день и ночь трудится для достижения этой цели. Я узнал, что эти извратители культуры держат в железной хватке обе главные политические партии, Конгресс, средства массовой информации, издательства и большинство основных христианских деноминаций в нашей стране, хотя эти чужаки и исповедуют религию, которая решительно противостоит христианству.

Это те самые люди, о которых нас пытались предупредить бывший сенатор Уильям Дж. Фулбрайт и покойный генерал Браун. Генри Форд и Чарльз Линдберг также безуспешно пытались нас предупредить. Если бы мы были более бдительными, будущее моего сына не было бы столь мрачным и жутким.

Поэтому у меня нет выбора. Я должен подняться, как Белый человек, и дать бой. Последний год разгорается тайная война между вашингтонским режимом и постоянно растущим числом Белых людей, решившихся вернуть себе то, что открыли, исследовали, покорили, заселили и застроили наши предки, и за что они отдали свои жизни.

ФБР пока могло держать эту войну в тайне только потому, что до настоящего времени мы лишь росли и готовились. Однако, как кажется, правительство желает обострения, а это не оставляет нам иного выбора, кроме как подняться и дать ему бой. Слава Победе!

Теперь я хотел бы разоблачить ту ложь, которую федералы распространяют о Гэри Ли Ярборо и обо мне. Гэри не устраивал никаких «засад» на агентов. В течение нескольких недель до этого события они тревожили Гэри, следуя за ним повсюду, даже в больницу, куда он ходил навестить свою тяжелобольную дочь. В день «засады» Гэри был у себя во дворе и увидел, как по его собственности едет грузовик лесной службы, что было очевидным пренебрежением множеством предупредительных знаков, размещенных на границах его земли. Гэри закричал в сторону грузовика, но он продолжал приближаться к его дому, пока не врезался в ворота. В этот момент Гэри произвел несколько предупредительных выстрелов в воздух, после чего грузовик отъехал назад. Это и было большой засадой.

Теперь газеты говорят, что Гэри не только устроил засаду на трех агентов, но и ранил их. В тот момент Гэри даже понятия не имел, что они из ФБР, и это было для них большой удачей, потому что Гэри — искусный стрелок, и если бы он решил устроить засаду на ФБР, он мог легко убить любого федерала в пределах досягаемости его оружия.

К восьми часам вечера Гэри понял, что происходит на самом деле, когда к его дому подъехали примерно тридцать агентов. Гэри и его юный гость вышли из дома, чтобы выяснить обстановку. Когда федералы начали кричать на Гэри, он упал на землю и отполз в канаву, находившуюся за линией правительственных автомобилей. Юный гость Гэри бегом вернулся в дом. Подождав три часа, агенты ФБР вошли в дом, используя жену Гэри в качестве щита и заложницы. Какие же они смелые люди!

Как бы невероятно это ни звучало, но Гэри пять часов пролежал в канаве за спиной у агентов с нацеленной на них винтовкой. Если бы Гэри действительно хотел устроить засаду на этих захватчиков, у него была отличная возможность это сделать. Вместо этого Гэри предпочел пощадить их, о чем впоследствии ему пришлось пожалеть. В конечном счете Гэри выбрался из канавы и ушел в лес.

Некомпетентность этих размахивающих пистолетами бюрократов не перестает меня удивлять. Особенно после их попытки устроить засаду и убить меня в мотеле в Портленде. Во-первых, я должен сказать, что ФБР было там не для того, чтобы арестовать Гэри, а для того, чтобы устроить засаду на меня. Они даже не знали, что Гэри находится в комнате. Они смогли найти меня только благодаря тому, что доверенный друг в 14-м номере оказался предателем и доносчиком. У ФБР есть огромные ресурсы и самые современные технологии, но качество их агентов падает с каждым новым новобранцем. Причина в том, что большинство из лучших Белых людей в нашей стране начинают понимать, что быть агентом ФБР значит быть ничем иным, как наемником Антидиффамационной лиги и Тель-Авива.

Когда я тем утром вышел из своего номера в мотеле, ко мне бросилась толпа вооруженных людей. Ни на одном из них не было униформы, и они кричали: «Стой, ублюдок!». Тогда я крикнул Гэри, который был еще внутри, спрыгнул с лестницы и побежал к парковке. Женщина-агент выстрелила мне в спину, но промахнулась и попала в управляющего мотеля.

Я завернул за угол мотеля и побежал вниз по холму в жилой район. Пробежав два квартала, я решил перестать быть дичью и стать охотником. Я вытащил пистолет и спрятался за бетонной стеной в ожидании агентов. Когда я направил свой пистолет на ближайшего из них, я увидел красивое лицо Белого юноши. Тогда я опустил пистолет и выстрелил ему в ногу. Если бы я не сделал этого, я мог бы убить обоих агентов и сохранить свою руку, которая теперь изувечена и которую я могу потерять вообще. Это был последний раз, когда я кого-то пощадил.

Что касается предателя в 14-м номере, мы его найдем. Даже если для этого потребуется потратить десять лет и отправиться на край земли, мы его найдем. И, согласно нашей клятве, когда мы найдем его, мы отрубим ему голову.

Я не собираюсь извиняться за себя или за Гэри. Напротив, я горжусь тем, что у нас хватило смелости и решительности подняться на борьбу за наш род и наше наследие в ту историческую эпоху, когда подобное действие называется преступлением, а не доблестью. Примерно девять месяцев назад люди из ФБР явились ко мне домой в мое отсутствие и угрожали моему двухлетнему сыну. Это было очень большой ошибкой с их стороны. После стрельбы в Портленде они явились ко мне домой и угрожали моей шестидесятитрехлетней матери. Какие смелые люди! Я не ухожу в подполье, напротив, я буду преследовать ФБР и покажу им, что значит быть преследуемым. Это дает мне основания полагать, что дни мои на этой земле стремительно подходят к своему концу. Но я не испытываю страха. Смерть — реальность моей жизни, и самое худшее, что может сделать мне враг, это сократить мой срок службы в этом мире.

Я уйду, зная, что принес самую большую жертву во имя будущего моих детей.
Как всегда, за кровь, почву, честь, веру и род.

КШАнационализм

rusadmin • 08.12.2012


Previous Post

Next Post

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

сообщать о
avatar
wpDiscuz