NewRusProject

информационное поле испытательного полигона

Егор Радов.

Суть.

Коля задумался.

Вдруг импульс удальства пронзил его разум, уничтожая осторожность и сметая заложенные воспитанием и опытом устои. Колю обуял неожиданный азарт, и он ощутил восторг приближения возможности полной свободы. Он резко выпил, привстав и храбро отчеканил:
– Минет можно.

Через пять минут Коля лежал в комнате со спущенными штанами и трусами, а режиссер сосал его член. Коля смотрел и видел его горящие огнем свершающегося счастья глаза сквозь полумрак; сыктывкарец крепкими пальцами поглаживал Колин живот, причмокивая; отстранялся на миг, чтобы обозреть торс Козлова, будто желая убедиться, что это в самом деле происходит; вожделенно шептал: «О, мой Давид! О, мой Давид!» — и вновь продолжал. Его щеки наждачно терлись о Колины ляжки, когда он кидался целовать его яички, словно губы любимой. Козлов в начале не испытывал ничего, но когда режиссер провел языком по уздечке головки, пощекотав отверстие канала, а потом заглотил почти всю мотню, Колю охватило мощнейшее наслаждение, и он излил в глотку режиссера обильную порцию своего горячего семени. Тот поперхнулся, закашлялся, отпрянул, затем проглотил сперму и благодарно пробормотал:

– Спасибо!..

«Что я наделал! — в ужасе подумал Коля Козлов. – Я что теперь – пидор?!»

– О, мой Давид, о, мой Давид… – заворковал режиссер, устремляя свои руки к паху Коли.

– Все! — вырвалось у Козлова. – Я сказал! Пошел на хуй!

Змеесос.

– А лиловых прыщиков на животике у тебя случайно нет? – насмешливо спросил друг.

– Есть, сокрушенно ответил Миша.

– Поздравляю. Это «копец». Твоя любовь заразила тебя «копцом».

– Какой еще «копец»?

– Это страшная болезнь, — торжественно сказал друг. — Ты хочешь лечиться или хочешь сдохнуть в мучениях?

– Я не знаю… — начал свое размышление Миша. – Я не был готов… Это так неожиданно… А что будет?..

– По-моему, если я правильно помню, окончательная смерть наступает где-то лет через шесть… Сперва отваливается левое ухо… Потом вырастает одиннадцатый палец… Из пупка… Потом, кажется, наступает жуяйция…

– Жуяйция?

– Именно! Это такая стадия. Больше всего на свете хочется жевать яйца… Потом…

– Извини, друг, — сказал Миша Оно. – Откуда ты все это так хорошо знаешь?

– Я болел «копцом» четыре раза! – гордо ответил друг в телефонной трубке. – Однажды даже собирался дойти до конца – до самой сути; я я испытал все эти явления и стадии и уже предвкушал детально описанную мне врачом жуткую смерть, но в последний момент передумал и вылечился.

– А как же твое ухо? Ты, значит, безухий?

– Я не только безухий! — радостно промолвил голос из трубки. – Я еще и без…

– Стой! — крикнул Миша. – Не рассказывай. А как же тебя зовут? Я не помню среди своих друзей одноухого!

– А бесссердечного тоже не помнишь? А шестияйцового? А бестелесного? Кончай, старина. Меня зовут Иисус Яковлев.

– Простите, вы не туда попали! – немедленно проговорил Миша Оно и бросил трубку.

Все книги автора:

rusadmin • 01.03.2009


Previous Post

Next Post

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

сообщать о
avatar
wpDiscuz